Lewy Body Dementia Resource Center
ОСНОВАН В СВЕТЛУЮ ПАМЯТЬ О:
Лилиан Лёб (Lillian Loeb) – Моя мама была замечательной, самоотверженной и сильной женщиной, которая была предана своему мужу, трем дочерям, двум внукам и любимым родственникам до своего ухода из жизни в возрасте 93 лет в 2015 году. Лил могла ответить почти на любой вопрос благодаря своему интеллекту и остроумию, и была моим самым близким другом. Она опережала свое время и во время Второй мировой войны работала на Бруклинской военно-морской верфи в качестве сверловщицы Лили. Она — та, кто вдохновил меня на создание LBDRC. – Дочь Норма Лёб (Norma Loeb)
Шарлотта Рубин (Charlotte Rubin) – Моя мама, Шарлотта: ее внешняя красота сияла вместе с ее добрым сердцем. Мой папа был ее жизнью, а ее дети и внуки — ее сердцем. Теперь она — ангел на наших плечах, всегда с нами! – Дочь Айлин Стерн (Ileene Stern)
Женевьева Стефатос (Genevieve Stefatos) – Женевьева была утонченным и волшебным человеком, воплощением материнства, грации и женственности. Гламурная и оживленная, она очаровывала всех вокруг блеском своих глаз, мелодичным голосом и чувственным, но аристократическим обликом. Будучи блестящим исполнителем и интеллектуалом, моя мама наполняла комнату своей «радостью жизни» (joie de vivre), будь то в беседе, танцах, пении, советах или во время званого ужина. Всё, к чему она прикасалась, становилось прекрасным, и каждый, кого она знала, чувствовал ее заботу, потому что ее действия были наполнены глубоким чувством любви и несравненным мастерством. Женевьева верила в магию и силу духа, что она и выражала на протяжении всей своей жизни. – Дочь Мариса Стефатос (Marisa Stefatos)
Мюррей Халпер (Murray Halper) – Мой отец был преданным мужем, отцом и дедушкой. По-настоящему добрый, любящий и нежный человек, чья семья была центром его жизни. – Дочь Сюзанн Паргамент (Suzanne Pargament)
Эстель Висконти (Estelle Visconti) – У моей мамы были красивые густые, волнистые темные волосы, фарфорово-светлая кожа, серо-голубые глаза и всегда прекрасная улыбка. Хотя она была очень сдержанной и сохраняла спокойствие независимо от того, что происходило в данный момент, моя замечательная мама могла очень кратко дать понять, что она думает, или дать несколько метких указаний. Она была очень щедра в своей заботе о других, воспитывая троих детей, в то время как мой папа работал на двух работах. Ей было нелегко. Ей пришлось отложить в сторону свой талант пианистки Джульярдской школы ради заботы о моих бабушке и дедушке. Мой папа всегда боготворил ее и был очень предан ей ежедневно в течение 12 долгих лет во время ее борьбы с LBD. Я стараюсь всегда помнить ее счастливой, ведь я так дорожила моментами, когда она смеялась и улыбалась — именно тогда она озаряла всю комнату. – Дочь Сьюзан Висконти (Susan Visconti)
Ирвинг Фелшер (Irving Felsher) – Мой отец родился за год до Великой депрессии в семье иммигрантов из России. Он был третьим из пяти братьев, который, в отличие от большинства своих братьев, не воевал ни на одной войне. Вместо этого он выбрал жизнь на государственной службе в качестве учителя английского языка и чтения. Его больше всего помнят по тем бесчисленным жизням, которых он коснулся как мастер слова и актер. Я помню его по его прекрасному тенору, который противостоял демонам деменции. – Дочь Робин Фелшер (Robin Felsher)
Стивен Маркс (Steven Marx) – Стив был добрым и любящим мужем, отцом, дедушкой и братом. Он преуспел во всем, что делал, потому что очень много работал. Нам будет его не хватать, и мы будем хранить память о нем вечно. – Жена Рита Маркс (Rita Marx)
Чарльз Джонсон (Charles Johnson) – Чарльз был замечательным отцом. Его любовь к детям была удивительной. Он также был учителем. Сначала он преподавал историю колледжа, политику и афроамериканские исследования. Затем много лет он был любимым учителем физкультуры в школе в Чайнатауне, где, помимо физической подготовки детей, тренировал баскетбольную и легкоатлетическую команды. Он мог научить чему угодно и объяснить всё так, чтобы люди поняли предмет. Правда, он так и не смог объяснить мне футбол! Он также был хорошим другом и советчиком. Он был самым блестящим человеком, которого я когда-либо встречала, а я знала в своей жизни много блестящих людей. – Жена Энн Джонсон (Anne Johnson)
Джин Брикхаус (Jean Brickhouse) – Джин, также известная как мама Джин, была успешным биржевым маклером (нелегкий подвиг для женщины в маленьком техасском городке в 70-х и 80-х годах), женой и матерью троих сыновей, которая любила и защищала свою семью яростно, как львица. Она была звездой во всем: сделала себя сама, была одержима своим имиджем и никогда не имела мыслей, которые бы не высказала. Когда ее невролог ударил ее молоточком по колену, чтобы проверить рефлексы, она ударила его. «Никто никогда так не делал», — сказал он. «Вы просто еще не встречали Джин Брикхаус», — ответил мой отец. – Сын Джейми Брикхаус (Jamie Brickhouse)
Dina Merrill – Дина была наследницей, светской львицей и филантропом, дочерью Марджори Мерривезер Пост и Э.Ф. Хаттона. Дина была одним из попечителей-основателей Театрального центра Юджина О’Нила и одним из первых директоров Палей-центра медиа. Она в течение 12 лет занимала пост члена попечительского совета Центра исполнительских искусств имени Джона Ф. Кеннеди, на который была назначена президентом. В ее честь Гилд-Холл, где она много лет выступала на сцене в Ист-Хэмптоне, назвал свои театральные площадки «Павильоном Дины Меррилл». Ее муж, Тед Хартли, внес значительный вклад в создание LBDRC.
Глория Салем – Самая умная женщина, которую я когда-либо знал, прекрасная и душой, и внешне. Дочь Элизабет Роуз
Эвелин Рубин – Невозможно найти более любящую и преданную жену, мать и бабушку. Одна подруга как-то сказала, что наша мама так же прекрасна внутри, как и снаружи. К тому же она была очень веселым человеком — настоящей комедианткой. Замечательная женщина. – Сын Ларри Рубин
Сидни Крамер – Всю жизнь оставался приверженцем прогрессивных взглядов, любил Шекспира, Гомера, Хэммета, Ван Гога, Хокусая… Неутомимый читатель, студент, учитель, гордый отец, дедушка и прадедушка, женившийся во второй раз в 81 год. Большую часть жизни был единственным родителем для своих трех дочерей. LBD отняла у него возможность играть на пианино, но Сидни продолжал красноречиво рассуждать и властно участвовать в жизни, управляя «трибуной жизни» до самого ухода в возрасте 102 лет. – Дочь Лора Крамер-Карини
Особая благодарность г-же Марте Муни, которая сделала самое первое пожертвование в LBDRC.